dinolippi

Кажется, Google научился читать мои мысли.

Корсика и Сардиния охвачены вниманием. Плюс ещё парочка островов.

Культурное наследие поездки — фразы «due grappe», «аперитивка» и «остограппиться». Ну да, это был алко-трип (один алкоальбом «вконтакте» вспухнет от выставки граппы) c колоритом футбола, национальной гордости малых народов и сепаратизма, красивых восходов и закатов — солнечных и лунных, гаваней, будто с картинок, и визуальных контактов с разными представителями фауны. В общем, весело было, задорно, с огоньком, и запал у этого огонька явно был спиртовым. Из приключений: пропил треть кэша в первый же вечер, пил с местными ювентини до последней возможности (sono milanese! сошлись на Forza Squaddra Azzurra e Del Piero), пил с не местными до неё же, пил сам с собой примерно до такой же степени, мешался в толпе беснующихся корсиканских тиффози, удивился мощному маринному вай-фаю, который смог показать финал кубка в прямом эфире, купался в воде изумрудного цвета, оставил трусы во дворе итальянского дома и утопил плеер.

Не представляю, как теперь отвыкать от надписей на итальянском, от красивой речи, радио, залежей граппы в лавках, местных вин и сыров, вкусных «коцце» и прочих морепродуктов, сна на качке, бесконечных «bongiorno» и морского воздуха.

Здрасьте, блин.

Моим первым впечатлением после возвращения в немытую Россию, ещё до осмотра рюкзака полицейским в метро, утопших в грязи кроссовках и раздражающе пьяных товарищей, стал вид с воздуха. На подлёте к Казани из иллюминатора перед глазами предстала картина, близкая к монохромной: расчерченные чёрно-серыми полосами белые лоскуты земли; цветные пятна отсутствовали как класс. Вообще-то я очень люблю монохром. Но после жизнерадостно-цветной Греции, с её честными, простым цветами без вычурности и „пёстрой миконосятины гомосятины“, (и именно цветами! оттенков тут будто и нет, их не замечаешь) серая картина родных просторов казалась именно унылой.

Попробую показать Элладу в цвете. Без хронологии. Как получится. Сколько успел запечатлеть в цифре и в нервных импульсах.

Я бродил один по ночному, утихшему греческому городку, изредка облаиваемый собаками, удаляясь от моря и поднимаясь в гору. В какой-то момент я сквозь наушники ощутил цоканье копыт сзади, и почти почувтствовал, как маленький, неопытный бесёнок схватил меня за руку и рядом пошёл, чуть напуганный чем-то. Он озирался и смотрел на меня снизу вверх. И будто ответственность за него теперь на мне, а не наоборот. А что я могу сделать-то для него, несмышлёного, что ходит тут со мной и боится? Да его ко мне за его грешные и нелепые выходки сослали, вероятно.


Под утро долго-долго стучит дверью — не в дверь, а дверью, наконец, распахивает её и вбегает, семенит, замёрзший, с балкона, невидимо-неслышимо пробегает через комнату в коридор и начинает возиться. Днём и вечером шумит чем-то непонятным, странный такой звук, неясный, как какой-то густой зуммер. Трещит чем-то под потолком, ворует носки из стиральной машины, роняет какие-то вещи, требует, чтоб привели женщин.

Ну что?



Чудно съездили. Погода благоволила. Купание — зачёт / зачёт. Залог успеха — курица в поезд. В поезд я, кстати, запрыгнул почти на ходу. И в самолёт звали по матюгальнику, обрадовав, что посадка закончена.

В Греции меня узнают. И не абы кто, а сам мистер Христос.

Если осенью отходили под слова «мимими, индастриал, аутентик», то в этот раз в моей голове вертелась трёхкомпонентка «фотодрочерство, нравственность, урбантрип». Фотодрочерство не моё, я там со своими кривыми руками и бюджетной «зеркалкой» априори аутсайдер от фотографии.

Катамаран — комфорт для пассажиров и неудобства для экипажа. Акробатические этюды на крыше надстройки при работе с гротом. Тот, кто придумал называть этот lazy bag lazy bag'ом, обладает довольно извращённым чувством юмора.

Безобразничал. Доёбывался . Как и положено свинье, плещущейся в корыте незнания и ведре непонимания, неправильно ставил ударение в слове «эгрегор». В одиночку напился до последней возможности на Косе, бродил где-то в тёмных ночных переулках, и вероятно, спал на скамейке. Стукнул один ФИАТ об другой.

Dvadzat tri преследовало. Добро.

Не хочу ничего делать, хочу пить, спать и бездельничать, маяться дурью, кататься на велосипеде и лазить по помойкам. Тепло я вам привёз, пользуйтесь. Только на кой ляд вы столько снега навалили за неделю?

Нижний Новгород — рай для любителя технических музеев. В нашу с Тимсоном осеннюю туда поездку мы их обошли там в таком количестве, что разобрал фотографии и осилил, так сказать, познавательную часть путешествия я только сейчас. Причём, скажем, известный музей паровозов под открытым небом я обошёл вниманием — про него статей на каждом сайте по десять штук, в один шибко секретный нас не пустили, в некоторые мы просто не успели, и как минимум ещё про один я попросту не знал. Так что, видимо, это не последняя моя музейная поездка в Нижний. Пока же я настрочил, для разгона воспользовавшись постновогодней разрядкой в трудах, а к середине марта уже скорее по инерции несколько отчётов из этих заведений. Постил я их на «урбантип.ру», где они, к моему приятному удивлению, были отмечены обильными плюсиками и помогли обнаружить среди публики других техникофилов. Памятуя об давнишнем интересе к подобным заведениям некоторых граждан и многочисленным просьбам некоторых гражданок, оставлю ссылки и тут, благо раздел «Туризм» на «урбане» не закрыт.

Музей истории завода «Красное Сормово»	Музей истории гражданской авиации	Музей истории ОАО «ГАЗ»	Нижегородский музей городского электротранспорта	Музей речного флота Академии водного транспорта

Опять попал на страницы глянцевого журнала. Статья большая: два спичечных коробка чистой правды. И фотокарточка, которая тут юзерпик.

«Своей насыщенной жизнью и многообразием увлечений Дино опроверг популярное мнение о том, что фрилансер — ленивый человек. Помимо большого количества интересной и сложной работы в сфере полиграфии, у него множество других хобби, а самое главное — духовные увлечения сочетаются с физическими. Поэтому посещение технического музея в Нижнем Новгороде сменяется катанием на горном велосипеде и поездками на Средиземное море, где Дино с друзьями несколько раз в год ходит под парусом.»

Ясно вам? Это я Опровергаю! А то некоторые тут стали позволять себе: «зажрался», «шуба и айфон» и прочие глупости. А у меня Увлечения, между прочим. Духовные и физические. Про мою страсть к заброшенному издание умолчало, а в остальном всё верно: расквитавшись с отчётами из Техномузейгорода, я стряхнул пыль с горного велосипеда, подкачал шины и покатавшись на нём по снегу и ужасным, ужасным, ужасным после зимы городским дорогам колдобинам, сдал его долгожданное предсезонное ТО (продолжение концептуально-познавательной городской покатушки, ПВД под знаком урбантрипа и любовный алкобайк уже замыслены, ага), а сегодня вечером убываю на Средиземное море ходить с друзьями под парусом.

В общем, постановляю себе начало весны и сезонов, а вы — как хотите. Вы, пожалуй, помучайтесь еще недельку в снегу и слякоти.

Январь. Валяюсь на печи в Боровом Матюшино.
(саркастически) „У меня вот тоже кот вечно на батарее спит“.

бора-бора: про кошек. имхо, ты ошибаешься в своем утверждении о том. что кошачья инкарнация тебе еще предстоит. Она явно была в прошлом. И не спорь.
(Хоть убей, не помню, что б я что-то подобное утверждал)

19.01.2012 23:10 ne_no4evala: ...у кошек - нет
ne_no4evala: они в следующей жизни людьми рождаются
ne_no4evala: а вот ты в следующей жизни родишься кошкой

Бразилец Жуа Пауло Ламмоглиа разработал концепцию зарядного устройства, которое использует энергию от дыхания владельца. Человеческий организм тратит приличное количество энергии на ежедневное свое существование. Даже, когда мы спим, эта сложнейшая система работает. Вот это время и усилия как раз и хотят использовать с пользой для мобильных гаджетов создатели весьма необычной маски AIRE, служащей одновременно и зарядным устройством.

AIRE, по задумке его создателей, превратит в полезные совершенно неутилитарные функции человеческого организма. А именно, он будет использовать дыхание для производства электроэнергии. В эту маску встроено несколько ветряных турбин, движение которых происходит, когда человек дышит. AIRE оснащен также генератором, преобразователем энергии и шнуром, с помощью которого этот девайс можно подключить к своему мобильному телефону.



Создатели AIRE предполагают, что это неординарное устройство будет использоваться, в первую очередь, в двух ситуациях: во время сна, когда человек не обращает внимания на наличие маски на своем лице, и во время путешествий, когда рядом нет других источников электроэнергии.

Статья на novate.ru

Прочитав всего Конецкого, что смог выдать мне Рома, осилив за пару полных глотков «Последний рейс», обнаружив даже отдалённое сходство формы своих дорожных записей с тем, как издана эта, последняя путевая книга Виктора Викторовича, добрался до пачки грустных заметок «Вспоминая Конецкого». Он суров, скрытен, неприступен был, и избирателен, и прям, и принципиален, достоен всякого восхищения и уважения. Уже больше года, что я читаю его, не покидает ощущение родственности, согласия с ним во многих вещах и взглядах, но некоторые „белые пятна“ на картах моих представлений об убеждениях этого человека всё же оставались. И очень приятно было прочитать «Слоны хохочут беззвучно» Георгия Елина: там приоткрылось мне отношение кумира к некоторым деятелям, к некоторым заметным вещам.

За выходные меня по очереди посетили три женщины. Первая принесла мне двадцать тысяч рублей, вторая — бутылку десятилетнего виски и несколько пакетов со всяческой снедью, а третья забыла принести даже заказанную ей бутылку минеральной воды. Огорчённый таким ниспадающим трендом, я затемпературил.

Вот же ж угораздило-то. Не люблю я, между нами говоря, болеть. Пользы от этого никакой, даже обратно — чувствуешь себя как-то позорно и ненужно. А у меня, между прочим, целый ежедневник и блокнот рабочими делами исписаны. А подлые микробы хотят помешать трудовым свершениям. Суки.

Конец года, а я отчего-то не завален работой. Удобно, необычно и немного тревожно от этого. Конец года, но как-то не подводятся итоги в этот раз. Вроде бы столько всего было — и новые знакомства, приятели-люди, и удивительные сближения с теми, кого давно знал, и путешествия, и тайные страсти, и важные новости, и исполнение желаний... Было разное — ужасное, больное и прекрасное, индустриальное, эстетское и аутентичное, безрассудное и трудоголическое. Вышел не год крыш и фотошопа, как задумывал, а год травм, культуры и технических музеев. Можно целый мемуар написать про этот год, да что-то не пишется мне в последнее время совсем.

Год был обрамлён путешествиями под парусом: Италия (мечта сбылась, как-никак), Греция, перегон Выборг-Питер, местные покатушки... и не состоявшийся из-за перелома руки поход Швеция - Финляндия - Россия... А вот с алкобайкингом всё наоборот было: мой годовой велокилометраж за 2011 был чуть больше среднего недельного в прошлые года. Всё никак себя не заставлю привести байк в должное техническое состояние и начать катать, чтобы привести и себя в должное физическое состояние.

Называли: тролль, язва, заноза. Говорили: злой, циник, скрытный. Удивляли: нужный, крутой, особенный. Несколько раз разные люди заявляли мне: я тебя таким не видел. Я и сам себя не узнавал порой. Многое, несомненно, поменялось. Во мне и вокруг меня. Некоторые события сделали меня жёстче и злее, прямолинейней и проще. Да, я, пожалуй, снова стал стремиться к простоте.

А ещё в этом году у меня не было весны. Совсем не было.

Слова года:
бес
должна / не должна
Владимир
я не могу

Начало — тут.


28 октября. Кифнос — Афины. 19° C, ветер 3-6 N.

Снова подъём команды на рассвете — с восходом солнца вышли из марины, чтобы к вечеру успеть в Афины. Поутру дуло свежо, но штормило уже далеко не так, как днём раньше, к обеду подтихло (ну и увалились мы от ветра на запад), стало вполне комфортно; во второй половине дня совсем стихло, прошли на дизеле последний отрезок пути. Часов в пять вечера втиснулись в указанное представителем чартерной компании место меж двух других «Баварий» в марине Алимос. Всё, закончилось наше морское путешествие... Переселились в прибрежную гостиницу, знатно поужинали в приятной таверне неподалёку. Официант был дивный: общительный, полный мужик, болтал, шутил, рекомендовал блюда — снова получилось попробовать чего-то нового и вкусного. Ну и вина немейского отведали, о котором говаривают, что оно, дескать лучшее во всей Элладе.

— Я вот иногда твой отчёт перечитываю о первой поездке в Грецию. Настроение поднимает, — так однажды заявил мне один брутальный матрос из яхт-клуба. В моём «ЖЖ» к тому моменту давно уже висел второй рассказ про наши приключения год спустя в Греции, Италии и снова в Греции. Я поинтересовался, как влияет на настроение он.

— Второй уже не такой восторженный у тебя. Не такие сильные впечатления, — (тут я вспомнил про шторм под Сицилией), — не как в первый раз.

Я не стал спорить, хотя первый отчёт у меня, помнится, начинается с лёгкого удивления тем фактом, что не так меня восторгает всё происходящее, как должно было бы. Впрочем, во второй поездке я и вовсе отметил, что меня оставило равнодушным осуществление мечты. Сейчас, сев за сочинение о третьем парусном путешествии по Средиземному морю, я понятия не имею — каким оно выйдет? Казалось бы, я весьма доволен поездкой, многими деталями, событиями, впечатлениями, даже собой немного доволен. Но в то же время и безразличия во мне в последнее время стало куда больше. Никакого воодушевления от перемены мест, никакого трепетного ожидания поездки, частое безмыслие в пути. За несколько часов до отбытия я ещё доделывал что-то по работе, через пару часов после возвращения домой — сидел за компом и готовил файлы на фрезер. И никакой адаптации, только мутная и смутная физическая лень...

Почему всё так?


Мы впервые поехали в Грецию не весной, а осенью, когда в наших краях почти все яхты уже подняли из воды, поэтому можно считать, что поездка эта стала для меня закрытием сезона. И, забегая вперёд, скажу, что осенью в средиземке мне понравилось даже больше, чем весной, разве что дутья было чуть больше, чем надо. Зато море и ветер были теплее, а туристов кругом было меньше. Да и ветер, когда дул нам не точно против курса, вообще-то радовал, разгоняя в галфвинд 45-футовую яхту до 9 узлов. В целом, закрытие сезона удалось, несмотря на пару маленьких шероховатостей, которые со временем, конечно, забудутся, а приятные воспоминания — останутся. И удалось оно под трёхкомпонентный рефрен: аутентик, индастриал (наконец-то я испортил ребёнка, научив его этому слову!) и мимими.

Сква — прекрасная.

Хотел было объяснить заказчице, проявившейся в телефоне моментально вслед за будильником, свою лёгкую тормознутость в восприятии потоков её информации тем, что спал четыре часа, но осёкся, поймав себя на мысли: «Это же много!»

Режим дня мой иногда довольно забавен. День и ночь циклически меняются местами, ролями, содержанием.

О, надо бы опять купить витаминки.

Следующие сутки пришлось встретить в этом странном ресторане — проводив Ксюшу, вернулись: мне надо было посвятить пару часов трудовым свершениям, а тут тебе и «вафля», и розетка. Странным заведение я обозначил из-за странного несоответствия классического / ретро интерьера и почти полностью японского меню. В общем, работал я по привычному казанскому графику своему, до 4 утра почти. Только не под привычный дома чай с бутербродами да печеньками, а под пару рюмочек сакэ и какое-то типа японское блюдо, название которого я даже не пытался запомнить. Типа макарон с грибами, только палочками пришлось употреблять. Несмотря на криворукость, справился с блюдом в полном объёме. Невовремя на меня жор напал, коварно выбрав момент, когда я находился в не самом дешёвом заведении...

Хорошо, что мы вернулись в субботу — это тихое осеннее воскресенье, не отягощённое излишками деловой активности, сыграло роль буфера, дало время на адаптацию к городским будням.

Стою на обочине широкой улицы под серым казанским небом; всё кругом привычно, обыденно, банально — шум автомобилей, красные китайские автобусы, вялая возня горожан, набившие оскомину пейзажи. Ещё вчера мы были в дороге, а сейчас я стою тут, в чистой цивильной одежде, без мысли, где встать на ночь, каким маршрутом пробираться к цели и куда ещё сегодня неплохо было бы успеть; будто и не было прошлой недели — полной залазов, посещений, перемещений, поисков, маленьких приключений. Не припомню в своей истории такого интенсивного путешествия, поездки с таким соотношением длительности и насыщенности.



Среди меня складывается традиция отправляться осенью в автомобильные путешествия. В прошлом году — автостоп до Москвы с Ливингом, авто-вело-урбантур по Челябинской области и Башкирии с Волонтёром и деловая экспресс-поездка с ним же, опять же в столицу. В этом году ещё летом задумали прокатиться подобным образом с Тимсоном. Осень наступила, время пришло...